С единственной дочерью у меня постоянные конфликты еще с того времени, когда она ходила в школу. Постоянные замечания учителей, не выученные уроки, иногда даже прогулы. Учеба ее не интересовала, и сразу после школы, вместо того, чтобы учиться дальше, она вышла замуж. Жили они с мужем, конечно же, у нас на всем готовом. Дочь нигде не работала, а ее муж зарабатывал очень мало.
Когда родился внук, стало еще тяжелее. Все необходимое ребенку приходилось покупать мне, а тут еще такое время, что стали задерживать зарплаты, а потом и вовсе я осталась без работы.
К тому времени у моей дочери уже было трое детей. Семейная жизнь у нее не ладилась, их постоянные ссоры с мужем не давали никому покоя в доме. И я решила уехать в Киев искать работу.
Мне за 50 лет и всю свою жизнь я работала с детьми. Работу свою очень люблю, да и дети отвечают мне тем же. Целый год ждала открытие нового садика, работала на подмене.
После открытия работаю на группе с детьми с церебральным параличом. Обещали рабочий день пять часов и доплату 15%. Но, видимо, я очень наивная. Работаем, как все, без доплат и часто по двенадцать часов.
А представьте себе детей, которые не ходят, везде таскаешь их на себе. Руки в локтях болят, спина болит от тяжести. А раз мало детей, то постоянно забирают няню. В общем, полный беспорядок везде.
Когда у нас на работе появился новый сотрудник, то все женщины и девушки нашего одела были от него в восторге. Высокий, красивый, голубоглазый, с чувством юмора он, конечно же, знал, что нравится женщинам.
На меня он не произвел такого впечатления, как на всех. Было в нем, на мой взгляд, какое-то высокомерие и это отталкивало. Но он из всех нас, почему-то выбрал меня.
Постоянно делал комплименты, старался как можно чаще быть рядом, хотя знал, что я замужем и незамужних девушек у нас было много. Несколько раз предлагал подвезти, но я отказывалась.
То, что я плохая мать для своих детей, я поняла только недавно. Я работаю начальником отдела в иностранной фирме, и моя зарплата позволяла мне нанять няню для своих дочерей. Потом также с ними занимались репетиторы. Сама я была занята работой, посещением тренажерных залов, салонов красоты, чтобы все время быть в прекрасной форме — это очень важно для карьеры. Свободное время я проводила со своим мужчиной, хотелось наладить семейную жизнь, думала, что детям дала все необходимое, они под присмотром няни.
С мужем мы развелись давно, когда дети еще даже в школу не ходили. У него уже другая семья и дочерей он навещает только на их дни рождения. Так что дети, почти всегда были с чужими людьми.
Мне казалось, что главное, что у них все есть и они материально ни в чем не нуждаются. Когда ушел муж, я купила квартиру, делаю все для того, чтобы дети учились в престижной школе, могли отдохнуть за границей. Но все изменилось, когда моя тринадцатилетняя старшая дочь попросила, чтобы я отпустила ее к подруге на дачу. Сказала, что они поедут туда с ее родителями.
Похоже, что со своей сестрой мы поссорились навсегда. Она младше меня на десять лет и с самого детства все было для нее, родители всегда считали ее маленькой.
Я уехала в Киев учиться, когда сестра только пошла в первый класс. Когда вышла замуж, то уже с ребенком мы долго жили в комнате в общежитии, пока получили квартиру.
На кооперативную квартиру у родителей для меня денег не было. Но когда замуж вышла сестра, то ей начали строить дом, недалеко от города, где работал ее муж. Наверно, родители рассчитывали, что на старость обеспечили себя таким образом.
У моего мужа есть еще младшая сестра, с которой он сейчас почти не общается. А виноваты в этом родители, вернее, мать мужа. Меня в свою семью они приняли с большой неохотой — надеялись, что их сын женится на девушке, у которой будет своя квартира. Но мы уехали в город, сначала снимали жилье, а потом купили небольшую квартиру, за которою еще не расплатились до сих пор.
Помощи от его родителей нам никогда не было. Свекровь всегда говорила, что во всем надеется в старости на дочь, а мы и наши дети были для них, как чужие. Когда и дочь вышла замуж, то некоторое время они жили все вместе. Их зять любил выпить, часто скандалил, но это не помешало моей свекрови купить ему машину. И вскоре после этого они решили строить себе в райцентре дом.
Так уж вышло, что я коренной дончанин. Гордиться тут особенно нечем, но это факт. Жил бы дома и до сих пор, если бы кучке сумасшедших фанатиков при поддержке России не пришло в голову устроить войну в моем родном городе и привезти туда российских наемников.
Теперь там кошмар. Ну, об этом вы как раз знаете. Это то, что вам показывают в ваших телевизорах со всеми отвратительными подробностями днями напролет. Так что давайте поговорим лучше о том, что вам не покажут.
Еще лет 7 назад я думал так же, как большинство россиян. Как типичный советский. Учитывая, что я с рождения жил в Донбассе – это было не удивительно.
Хоть я и учился после провозглашения независимости, образование получил типично российско-советское. Я рос и воспитывался на русских фильмах, на русской музыке, на русских книгах, я долго считал Россию дружественной страной, родственной страной, но теперь – все это в прошлом.
Моя жена после родов стала поправляться, но беда в том, что она считает это нормальным. Я ее люблю, но мне не нравится теперь ее фигура, при росте 164 см она весит 95 кг. И боюсь, что с таким отношением к себе это не предел.
Я уже не раз намекал ей, что пора заняться собой, но она сказала, что ей не восемнадцать и она не модель, чтобы быть стройной. Я не говорю, чтобы она голодала, но привести себя хотя бы в относительную форму она, на мой взгляд, обязана.
Предлагал совместные пробежки по утрам, записаться в бассейн, но все бесполезно. Особенно, когда однажды после утренней зарядки у нее от неправильной нагрузки свело судорогой ногу, она категорически отказалась выполнять физические упражнения.
С женой живем уже восемнадцать лет, есть трое детей. У нас всегда было взаимопонимание во всем, мы любим друг друга. Несмотря на то, что прожили мы вместе немало, я до сих пор скучаю за ней, если бываю в командировке.
Стараюсь заработать и дома ей помогаю. Недавно решили завести еще одного ребенка. Старших детей очень любим, хотя не баловали, приучали к труду. Дочке почти шестнадцать, сыну тринадцать, а младшей дочери два года.
Проблемы со старшей дочерью начались, когда ей исполнилось четырнадцать лет. Она перестала слушаться, могла нагрубить матери. Не раз я, придя с работы, заставал жену в слезах.
