
Ели моя мама умрет, для меня эта перспектива. Сколько себя помню, она была одним из самых страшных кошмаров. А сейчас, когда жизнь моей матери под настоящей угрозой, я вдруг осознаю, что это моя мечта.
Мне придется констатировать, что я являюсь слабым и зависимым человеком. И меня можно назвать инвалидом души. Я себя чувствую недоразумением и ошибкой.
Моя мама — хороший человек. Добрый, жизнерадостный, сильный. Папа тоже. А вот я совсем не такая. Я почти не помню, что такое быть счастливой, жизнерадостной, сильной. Если быть честной, я вообще не знаю, какой надо быть.
Я всегда носила клеймо эгоистичного и тяжелого ребенка. Но, сколько я себя ни помню, мною всегда двигало желание понравиться и угодить. В первую очередь, получить одобрение своей матери. Я хорошо училась, хорошо себя вела и старалась не показывать, как мне на самом деле плохо. Я почти не помню, когда мне было хорошо.
Вот умерла моя кошка, а я знаю, что мне не надо показывать горе. И меня никто не хочет оставлять с моим горем наедине. Я не могу остаться одна в своей комнате, туда приходят со своими мудрыми мыслями — «Это жизнь. Никто не вечен. Не надо плакать». Я всегда скрывала свои негативные эмоции, как какое-то преступление. И положительные переживания тоже скрывала. И всякий раз, когда я проявляла недовольство, я испытывала глубокое и непереносимое чувство вины.







