У моей подруги есть парень, они встречаются уже около года. Я с ним очень хорошо общаюсь, хотя обычно мне сложно очень общаться с мало знакомыми мне людьми, а с ним я нашла сразу общий язык. Все это неспроста, с этим человеком сильная связь, одинаковые взгляды на жизнь, одинаковые мысли. Я знаю, что он очень любит свою девушку, но понимает, что наша привязанность дает о себе знать. Он смотрит на меня так, как не смотрит даже на нее, он берет меня за руку, где никто не увидит (например, в кино). Он говорит, что я самая добрая девушка, которую он когда-либо встречал, и просит свою девушку, чтобы она была похожа на меня. Нам даже песни нравятся одинаковые, которые напоминают только нас.
Я всегда хотел быть, как все мои знакомые и друзья, чтобы у меня тоже была модная одежда, обувь. Взял сначала у папы деньги на штаны, потом взял на кроссовки, все купил, все отлично, довольный, а потом через пару дней вижу, а у него на кроссовках дырки на пятках, и прочем огромные такие.
Мне стало стыдно перед ним и обидно на себя, причем очень. Когда я просил деньги на кроссовки, отец и слова не сказал, что у него обувь порвалась и ему тоже нужно покупать, а просто дал мне эти деньги. В душе грусть от того, что обо мне родители заботятся, а я даже внимания не обращаю на тех, кто это все зарабатывает. Я даже знаю, почему я не ценил всего, что они для меня делали, покупали, давали деньги, когда я об этом их просил.
Мой отец всю свою жизнь пил. Лет до 12 я жила в страхе перед ним, происходило много страшных вещей в моей жизни. У меня есть брат, который жил несколько лет с бабушкой в деревне, поэтому многие вещи происходили вне его присутствия. Меня отец не трогал, доставалось маме.
Однажды, например, пришла домой и застала такую картину: папаша валяется пьяный, в квартире разгром, капли крови, валяется нож, кровь на ручке ванной комнаты, и мамы нет нигде. У меня, естественно истерика, в итоге мама у соседей, на шее, груди, животе полосы от ножа, она ударила его вазой, оказывается, от туда и капли крови. Ситуаций подобных было море, как-то, например, еще кровать поджег, на который мы спали. Развлекался.
Мне 27 лет, 9-я неделя беременности, но я сама до сих пор ребенок. Тем не менее, перемены в моей жизни разительные. Путешествия, хобби и прочее — все перечеркнуто одной жирной линией, точнее, двумя. Просыпаюсь — тошнит. Поем — тошнит. Потом снова клонит в сон, потом — в слезы. Я начала полнеть, понемногу, но начала. А до этого ходила в тренажерный зал, и фигура была идеальная. Тот, кто завелся во мне, приказывает мне больше есть, запрещает тягать гантели. Я как будто перевелась в отдельную категорию граждан со специальными потребностями, чувствую себя инвалидом. Ничего нельзя, а еще скоро место уступать будут, подавляя своим мнимым сочувствием и участием.
9-я неделя, а я тоже жалею, что решилась оставить ребенка. Теоретически, время на аборт еще есть, но уже страшно, уже слишком сурово. Но чувствую — не нужны мне сейчас дети, не нужны. Не знаю, что с ними делать. Зато знаю, что они орут и не дают спать. И это только набор «стандартный», иногда добавляются пакеты: «болит живот» или «непрерывный ор, яростный и беспощадный». Друзья бездетные, практически все. Я первопроходец.
Давно известно, что наши желания не всегда совпадают с нашими возможностями. Но у меня к этому еще присоединилась непреодолимая лень. Когда вижу, что знакомые чем-то заняты, сразу загораюсь желанием и себе так сделать, но постоянно откладываю на завтра, а потом и совсем остываю к этому.
У моей мамы всегда было много комнатных растений, у меня кроме одного кактуса возле компьютера, ничего нет, да и тот выжил только потому, что может обходиться долгое время без воды. Я все время о нем забываю, а когда вспомню, то сразу думаю: «вот сейчас встану и полью», или почему-то вспоминаю о нем на работе.
Я вышла замуж год назад, до этого встречалась со своим будущим мужем почти четыре года. За неделю до свадьбы я зачем-то начала переписываться со знакомым моего мужа. Он был ко мне внимателен, проявлял участие и заботу, и неожиданно для себя самой я к нему привязалась. Кроме дружбы между нами ничего не могло быть, по крайней мере, на тот момент. И мы оба прекрасно это понимали, хотя нас безумно тянуло друг к другу.
Через месяц после моей свадьбы мы осознали, что оба влюбились по уши друг в друга. Чувство это было чистым, по-детски наивным и таким запретным… Когда он был рядом, я чувствовала, что схожу с ума и что рани или поздно не смогу удержаться.
Уже очень долгое время я переосмысливаю всю свою жизнь, каждый поступок, анализирую и очень корю себя за все. Ненавижу себя. Никогда не смогу себе ничего простить. Считаю все свои поступки непростительными. Хотя сейчас я очень изменилась и стала совсем другой. Но этого все равно никто не видит. На мне как-бы клеймо. Не могу жить с таким огромным чувством вины.
Что вообще делать дальше? Имею ли я право начать все с начала? Я все равно никогда не смогу себя простить. Чувствую себя так, будто мне уже лет 60 или, по крайней мере, у меня кризис среднего возраста. А мне всего 19 лет. Все говорят, что в таком возрасте все только начинается: молодость, нужно быть счастливым. А я уже это как будто давно оставила позади.
Я по профессии химик, искала работу целый год, но в своем городе так и не смогла найти, поэтому поехала в другую страну и там устроилась воспитателем в школу-интернат. Сначала было все хорошо, но потом учительница сообщила мне, что мой ученик сломал телевизор, хотя когда я вечером уходила с работы все было в порядке. Родители ученика во всем обвинили меня, потом сказали, что мои ученики сломали игрушки, хотя меня с детьми в игровой комнате не было. Потом сказали, что ребенок потерял аппарат, хотя вечером он мне его показывал, он у него был, ребенок сам признался, что его выкинул, а родители ученика почему-то сказали, что я его могла украсть.
Все началось с моего рождения 25 мая 1988 года. Я третий с шести детей в семье. Мать и отец во времена перестройки спились. Отец ушел из жизни, а мать от нас отказалась, и где она сейчас я даже не догадываюсь.
Когда мне исполнилось 12 лет, нас отдали в детдом. Там нас особо никто не баловал, и на такие слова тоже не скупились: «вырастешь, будешь такая же, как твоя мать». В 14 лет меня взяла на попечение женщина, у которой были свои дети, а у дочери было ДЦП. Ее муж, кстати, главврач районной больницы, очень хотел дочь, вот она и решила сделать его и мою жизнь лучше.
Сначала все было хорошо, я приходила к ним по выходным, она учила меня готовить и убираться, что очень помогает мне сейчас. В 14 лет у меня начался переходный возраст, сразу выросла грудь и фигура сформировалась, очень быстро. Поскольку я никогда не была худышкой. Вот тогда и началось…
