Семейные истории (страница №171)

Сейчас мне 18 лет. Он значительно старше. Мне все равно, мне не нужны советы. Мы регулярно встречаемся, он говорит мне о детях. Какие они бывают. Ему интересно, что я думаю об этом. Я не думаю, тем более о детях. Я думаю о нем. Я влюбилась. После занятий, встречаю подругу, она видела его с коляской и спутницей. Наверное, это соседка.

Я еще ему верю. Напрасно. Это жена и дочь. Это я узнаю гораздо позже, а пока я надеюсь. Решаю спросить в лоб. Он говорит, что не женат. Спрашивать больше боюсь, это недоверие, оно оскорбляет. Проходит неделя, мы стали любовниками. Он вспомнил тот разговор, да, он женат, почему теперь говорит про это.

Недавно мне исполнилось двадцать. В прошлом году я вышла замуж. А еще у меня есть хороший приятель, с которым мы знакомы уже лет пять.

Мы отлично общаемся, делимся всеми секретами, выручаем друг друга, когда нужно. У нас схожие мнения на один и тот же счет, мы любим одни и те же фильмы, книги и даже еду. Он отличный человек: добрый, заботливый, умный. С ним мне комфортно и легко. Мы всегда много общались, частенько выбираемся прогуляться или в кафе. И всегда мы не можем наговориться вдоволь. Когда я ругаюсь с мужем, то просто набираю его номер, и он успокаивает меня. Сразу на душе легкость появляется.

Несколько дней назад мы, как обычно, встретились пообщаться. Прогуливались по парку, разговаривали, смеялись, все, как всегда. Погода была довольно прохладной, мы замерзли. Я пригласила его к себе, чтобы погреться. Муж тогда был в командировке. Я сделала чай, и мы продолжили беседовать.

Мне 48 лет, моей сестре будет 57. Эта жизненная история не возникла бы, если бы сестра не повела себя так, как повела.

У нашей матери случился инсульт два года назад, она частично парализована и лежит дома, голова ясная, разговаривает нормально, но ведет себя как королевна, как и всегда себя вела себя с высока.

Сестра вдруг отказалась ухаживать за матерью. Сначала она начала было активно за ней ухаживать, но потом мама ей что-то сказала, сестра ушла и уже 10 месяцев не приходит, не навещает мать и видеть ее не хочет. Когда я спросила, почему она так поступает, она сказала, что только сейчас поняла как мать исковеркала ее жизнь и что она не чувствует к ней никаких эмоций и разговаривать с ней тоже не будет. Еще добавила: «Пусть получит то, что заслужила».

Месяц назад умерла моя подруга. Ей было всего 48 лет. Мы хотя и надеялись, но все же были готовы, потому что болела она три года.

У подруги остался девятилетний сын, который сейчас по большому счету никому не нужен. Когда Вика развелась с первым мужем, он эмигрировал в Израиль, а через пять лет забрал к себе и их дочь. Тогда ей уже было 15 лет. Подруга не препятствовала, наоборот, была рада, что дочь будет жить в нормальной стране.

На тот момент у Вики уже был гражданский муж и трехлетний сын. Квартиру они снимали, мужчина этот нигде не работал, предпочитал быть дома с ребенком, а подруга неплохо зарабатывала, были и подработки, так что дома бывала редко. Купила так называемому мужу машину, помогала его родителям, хотя мы с еще одной подругой говорили ей, чтобы копила деньги на жилье. Она отмахивалась, а когда мы сказали, что она нашла не мужа, а альфонса, который неплохо живет за ее счет, она обиделась, и перестала с нами общаться.

Мне 45 лет. Не курю, пью изредка на корпоративах и встречах с друзьями. Два высших образования — юридическое и экономическое. Работаю в престижной фирме с приличной зарплатой. Есть автомобиль и трехкомнатная квартира в центре города. Хобби — спорт. Много друзей, масса знакомых и коллег. Почти идеальный по меркам окружающих. Но каждый раз, придя с работы домой, меня ждёт одиночество.

Женился я в 35 лет. Быстро, страстно и ненадолго. Ее звали Инесса. Красивая, ухоженная. Подтянутое тело, наращенные ресницы, ухоженные ногти. Просто модель из глянцевого журнала.

Она была моложе на семь лет. Нигде не работала и не училась. Сначала меня это совсем не пугало. Я летел домой, где меня ждала богиня и пустые кастрюли. Она всегда на диетах и всегда не голодна. А я просил сварить борщ, обычный борщ. Но довольствовался лишь любовью.

Мы с женой прожили в браке 6 лет. Начиналось все очень хорошо, сказка, как у всех в самом начале. Но закончилось очень плохо. Сейчас стоит вопрос о разводе, жена стоит за сохранение семьи, хотя сама же говорила, что ей такая семья не нужна и она устала терпеть. Я же, напротив, за развод и не хочу с ней жить дальше.

В чем причина? Я думаю, сейчас подавляющее большинство женщин узнают себя, но не признаются в этом, взамен озвучив то самое легендарное: «Мужик доложен» и «Мужик виноват».

Познакомились мы с женой еще в студенческие годы, поначалу были друзьями, а позже и чувства проснулись. По окончании института поженились и начали нашу семейную жизнь.

Жизнь – штука сложная, бывают взлеты и падения, так было и у нас. В самом начале мне повезло чуть больше. Я нашел хорошую работу по своему профилю и стал содержать нашу семью в одиночку. У жены дела шли не очень, работа превратилась в муку (конфликт с начальницей), а заработок был никакой. Это все (ее работа), конечно же, било по ее самооценке, самолюбию и амбициям. Но на наших отношениях это, к счастью, не отражалось. Я совмещал все: и деньги зарабатывал, и нашу жизнь обустраивал, и о ней заботился и нянчился (и мне это нравилось). Скажу честно, я был счастлив, любимая женщина рядом, что еще надо.

Это не исповедь, скорее, желание поделиться тяжелыми мыслями.

Сегодня моему мужу подтвердили диагноз «рассеянный склероз». Помимо этого у него есть и другое аутоиммунное заболевание, с которым он живет более 20 лет. Нам по 27 лет, мы женаты, и как раз последний год обсуждали увеличение семьи в ближайшее время.

Мы и до этого были аккуратны (более 5 лет вместе, никогда не было незапланированных беременностей и т.п.), и дотошно относились к планированию в связи с его заболеванием (нужно менять лекарство, чтобы плод не был травмирован из-за иммунодепрессантов в крови), а теперь мысли стали мрачнее.

Три месяца назад я потерял отца, но самое страшное не это. Дело в том, что я совершенно не чувствую сожаления или скорби. Я живу так, будто его и не было вовсе. Будто я и не терял родного мне человека. Но это же не правильно? Нормально ли это?

С детства я не имел тесных связей с моими родителями. Они казались мне неправильными что ли. У них не было друзей, они практически ни с кем не общались. Когда я стал подростком, то сбежал от них к бабушке. Она жила одна, и я стал её помощником. Мне надоело, что родители вмешивались в мою жизнь. Говорили с кем мне общаться, чем заниматься и с кем встречаться. И вот я ушел. Они и не печалились вовсе.

Поступив в техникум, я думал, что избавлюсь от их надоедливой опеки. Но не тут то было. Постоянное недовольство мною, поучения. Я не выдержал и сам вызвался пойти в армию. Отслужив, я восстановился в техникуме и встретил девушку. Она казалась не такой, как все, была скромная, застенчивая и умная. Единственное, что раздражало, так это её низкая самооценка. Девушка не понимала, насколько, она хороша и я взял себе за цель ей это объяснить.

На днях я залезла в планшет своей дочери. У меня были на это свои причины. Там я нашла аккаунт, с которого она общается в одной из социальных сетей. Прочитав переписку с множеством пользователей парней, я была в ужасе. Оказывается, что моя девочка встречается с мужчинами, но я никак понять не могла, какие цели носят эти встречи. Я очень испугалась, ведь моей дочке всего восемнадцать лет.

Свою единственную дочь я с детства воспитывала в любви и заботе. Мы с отцом ничего не жалели для неё: лучшая одежда, хорошая школа и институт оплатили, который она сама выбрала. Ей захотелось заниматься дизайном – пожалуйста. В данный момент она студентка первого курса.

В последнее время я заметила новые украшения у моей дочки и дорогую одежду. У неё появилась брендовая сумочка, которую мы не покупали. Она перестала просить у нас карманные деньги. Это вызвало у меня беспокойство, и я спросила ее, в чем дело. Дочь сказала, что встречается с богатым парнем, который обеспечивает её и покупает ей подарки. Я конечно рада была за дочь, но вот теперь, когда увидела переписку со многими мужчинами, стала сомневаться.