Анонимные исповеди людей, переживших насилие (страница №23)

Я изо всех сил пытаюсь быть примерной женой. Мой муж этого никак не ценит и иногда поднимает руку на меня и нашего с ним ребенка. Очень тяжело осознавать, что все твои труды по факту никому не нужны. Тем не менее, я все равно продолжаю что-то делать для него и заботиться. Меня ведь с детства воспитывали и внушали, что семья — это самое важное в жизни, вне зависимости от того насколько она хорошая.

Понимаю, что многие скажут, мол, я просто зависима от мужа, но это не так. Мы с ним много пережили в молодости, и мы знаем друг друга лучше всех на свете. Просто сейчас у него тяжелый период в жизни с работой и, наверное, поэтому он себя так и ведет. Однако я не переживаю за себя. В первую очередь я боюсь за ребенка. Ведь мне не больно, и я взрослый человек, так что все понимаю. Но ребенок — это совершенно другое, он может попросту не понять, из-за чего это происходит, и хранить обиду многие годы.

В августе 2015 года я познакомилась с парнем моей мечты, по крайней мере, мне так сперва показалось. Я так сильно была в него влюблена, что не замечала его серьёзных недостатков, таких как постоянное пьянство и агрессивность в алкогольном состоянии. Он был для меня идеалом: красивый, умный, сильный. Я решила для себя, во что бы то ни стало, стану его второй половинкой, а в последствие и женой.

На протяжении первых трех лет это было одним единственным моим желанием — быть с ним, жить с ним, чтобы он тоже полюбил меня. Я не буду описывать, через какие унижения мне приходилось проходить, лишь бы побыть с ним хоть минуточку. Я приезжала по первому зову, терпела его других девушек, даже стала пить вместе с ним. Это превратилось в манию, я не представляла свою жизнь без него, хотя жизни то никакой у меня с ним и не было. Он пользовался мной, когда ему было удобно, он знал, что я люблю его, и что я прощу ему все.

Я встречаюсь со своей девушкой больше года, и вся проблема в том, что об этом не знали ее родители. Так как из-за карантина мы не можем увидеться, я попросил ее выслать своё интимное фото, она сделала и попросила и меня. Суть в том, что у нас очень скромные семьи и такие темы как секс, это табу и семьи между собой знакомы, но конкретно в моей ситуации все идёт против нас. Я когда пошёл принимать душ, решил побаловать свою девочку и выслал ей несколько своих снимков и даже видео, где я демонстрирую своё достоинство.

Я столкнулась с проблемой пьющей матери. Пьет она всю мою сознательную жизнь. Мать не уходит в запой, она просто пьет каждый день. Чаще всего это просто выпивка, но раз в месяц это превращается в кошмар. Такое ощущение, что ей хочется развлечься. Она говорит ночью по телефону, когда всем, кроме нее на работу и надо вставать в 6 утра. Она не дает спать, заходит в комнату постоянно, начинает разговаривать, выводить из себя.

Они спросили: «как у тебя там?» Послала фото – опухшее лицо в кровавых следах от респиратора и очков и красными как у белого кролика глазами. «Зона полной защиты» в реанимации — это именно то место, откуда сейчас в любой момент могут открыться двери прямиком в ад. Я восемь часов держала эти двери закрытыми наглухо — руками, ногами, зубами, каждой минутой невозможного, нечеловеческого напряжения. В чёртовом защитном костюме, в котором уже через пять минут дышать становится нечем. За восемь часов никто не умер. Написала, что «это выглядит вот так»! Ответ: «мы тебе очень сочувствием, героиня ты наша». И это было все! Конец! Сомнения кончились!

46 лет я лезла из кожи вон, чтобы угодить им. Нет, меня не вышвыривали голую на мороз, кормили, одевали, даже дома дали пожить до 27 лет. Дома никто не напивался вдрызг, не гонялся друг за другом со скалкой и не устраивал оргии, не ютился по коммуналкам. По совковым меркам семья считалась образцовой — мать учитель, отец инженер, детей две девочки, бабушка с дедушкой. Ездили-то на море, то к другой бабушке. Подарки на дни рождения дарили. Книжки, пианино, летом дача. Жили не то, чтобы богато, но прилично, никто ничего плохого не скажет. Чего ещё-то надо? А надо было всего ничего. Любви и признания за детьми права быть человеком. И вот этой малости не было.

Мне 24 года и мне очень страшно. Не могу смириться с тем, что я уже взрослая, не принимаю этого. Мой отец алкоголик, он живёт с нами, то с бабушкой (его мамой) периодами, до очередного запоя, во время которого он очень агрессивный, поломает энное количество окружающих предметов и мебели и оскорбляет маму, младшую сестру и меня. Противостоять я этому не могу. Подсознательно я боюсь его и ничего не могу сказать против, даже если очень сильно хочу. Когда он обзывает мою маму и нас, я хочу подойти взглянуть ему в глаза и спросить за что он так с нами? Ведь настоящий отец не то, что не назовёт такими словами дочь, он любого поставить на место захочет за такие слова в адрес своей дочери. Но через некоторое время папа приходит и улыбается тебе в глаза, будто бы ничего не было, будто бы это не он говорил.

Если он напивался до горячки, однажды в детстве чуть не убил нас тумбочкой, бил меня не раз, но потом на утро либо ничего не помнил, либо просто говорил так, в общем, опять же делал вид, что ничего не сделал. Причём он так искренне раскаивался в содеянном, что у меня иногда бывает ощущение, будто это 2 разных человека. После этого становится ясно, почему у меня нет парня. Когда мне нравится парень, и он начинает проявлять взаимный интерес, мне становится очень страшно. С детства я представляла, что если когда-либо я выйду замуж (в чём я сейчас очень сильно сомневаюсь), то муж меня бросит с ребёнком без денег. У нас было нормой, что мама отчитывалась папе за каждую потраченную копейку, ещё, пока писала, вспомнила, как в моём детстве была ситуация, когда папа бегал за беременной мамой с топором, но тогда он не пил ещё вроде.

Через стенку живет семья — мать 50 лет с хвостиком, дочь 28 лет, сын 11 лет (о нем речь и пойдет, зовут его Леша) и внук 6 лет (сын дочери). Обе растят сыновей без мужей, периодически появляются мужчины, но так же благополучно исчезают спустя время, у дочери они всегда разные, а у мамаши, возможно, один и тот же, но очень редкий. Ну, так вот проблема в том, что обе лупят Лешку, можно сказать через день, а бывает и несколько дней подряд. Слышать это невыносимо. Кричат на него, оскорбляют, матерятся, бьют, да ещё с таким остервенением, что создаётся впечатление, что его ненавидят в этой семейке.

Сыну 14 лет, собрал вещи и ушел жить к отцу. Мы поругались с ним, хотя никогда с ним не было легко. Но если скверные слова в свой адрес я терпела, то рукоприкладство уже стерпеть не смогла, и неделю после этого его полностью игнорировала. Ушел после вмешательства отчима, моего мужа, который, можно сказать, продлил масла в огонь и сказал что-то в духе, мол, иди к своему отцу, если здесь тебе что- то не нравится (попросили убрать за собой посуду). Умом понимаю, что, наверно, ничего страшного не случилось. Но сегодня приехал забрать оставшиеся вещи, и я не сдержалась, расплакалась.

Была у меня одноклассница, с которой мы немного даже дружили, но потом рассорились из-за ее высокомерия и сплетен. Любила Даша не только передавать подругам наши секреты, но еще и привирать для большего интереса к истории. После одного такого случая, я ей сказала, что мне не нужна такая подруга. Она мне в ответ нагрубила, на том и расстались. После школы я пошла в колледж, а она заканчивала 11 классов и поступила в престижный вуз. Больше о ней я не слышала.

В 21 год я вышла замуж, муж с самого начала дико ревновал, запрещал буквально все. Терпела из-за ребенка, но когда он меня сильно избил, позвонила отцу, чтобы забрал домой. Я сама даже боялась уйти от него, а он, видимо, в этом был уверен и спокойно ушел на работу. Муж сначала угрожал, что заберет силой, но я знала, что он не посмеет, так как отец не позволит. Но все равно, пока нас не развели, на улице с ребенком гуляла только с родителями и то все время оглядывалась, пока привыкла.